«Москомнаследие это дело обязательно доведет до конца»
Автор: Константин Михайлов
Почти десять лет назад, в начале сентября 2008 года, в столичном городе Москве снесли одно старинное здание, имевшее статус охраняемого памятника архитектуры. Это был корпус Калинкинского пивоваренного завода на Русаковской улице, 13, стр. 3.
Почти десять лет на месте погибшего памятника, за тряпочкой с нарисованным фасадом, была пустота. И вот осенью 2017-го за тряпочкой началось какое-то шевеление, а в первые дни 2018-го из-за нее показалось нечто, напоминавшее своими очертаниями дом, снесенный в 2008-м.
Что бы это значило? Неужто после десяти лет пустоты городские власти настояли на воссоздании памятника? Утешение, конечно, слабое, говорил я себе, но и то хорошо, что не небоскреб.
«МАЛО ЛИ, ЧТО У НИХ НА САЙТЕ НАПИСАНО»
История эта давняя, а у нас в Москве что с глаз долой, то и из сердца вон. Поскольку за десять лет подросло новое поколение читателей, которое дом этот и не знает и не помнит, что он тут был, позволю себе некие подробности-воспоминания.
Снесли дом как-то внезапно, беспричинно, без объявления войны. Не было никакой информации, как обычно бывает, что намечается снос, что планируется какое-то строительство.
Помню, уезжал в 2008-м в отпуск – дом стоял. Вернулся – нету, на месте его – пустырь, засыпанный кирпичными обломками.
Стал я выяснять, что случилось – потом написал статью, которую опубликовал в «Известиях».
Помню, как стояли мы с коллегами с телевидения на Русаковской улице битых полчаса, пререкаясь с охранниками, которые буквально грудью заслоняли от нас территорию офисно-гостиничного комплекса «Бородино Плаза» — дескать, нельзя его снимать без разрешения. Наконец из-за их спин вышел человек, который вручил мне визитку на имя Артура Сафаряна, замгендиректора ООО СК «Бородино-Строй». И стал рассказывать: никакого уничтожения памятника не было. Даже бумагу показал бумагу из ОАТИ (объединение административно-технических инспекций), в которой было сказано, что в начале сентября 2008 года при реконструкции кровли здания произошло ее частичное обрушение — вот, мол, и пришлось все разобрать.
«Ну и что? Зачем же было сносить дом полностью? Это же памятник. У вас есть хотя бы разрешение Москомнаследия?», — спрашивал я.
«У меня нет документов о том, что это памятник, — уверенно отвечал человек из «Бородино». — Мало ли, что у них там на сайте написано…»
Помню еще, что неофициально другие люди мне рассказали: да, кровля обвалилась, а через день-другой в Москве проходило какое-то важное мероприятие (уж не вспомнить какое), куда привозили делегатов из регионов, и жить они должны были как раз в гостинице в этом комплексе – и с какого-то этажа московской власти хозяевам приказали «руину» быстро снести – чтобы важных гостей своим видом не удручала… Документальных подтверждений этой версии у меня нет, но очень правдоподобно.
В общем, так и исчез с лица Москвы выявленный объект культурного наследия, формально охраняемый законом и Москомнаследием, как оно тогда называлось.
КАК УНИЧТОЖАЛИ ЗАВОД КАЛИНКИНА
В книгах Толстого и Чехова можно встретить упоминания о знаменитом некогда в России «калинкинском пиве». Называли его так по фамилии купца-фабриканта, главный завод пивоваренной империи которого находился в Петербурге. Выпускал он, кстати, не одно только пиво, но и газированные воды и прочие напитки.